Счастье, по ходу, становится у меня привычкой,
начинаешь говорить о чем-то глупом и страшном, как о больном и личном,
начинаешь верить в слова и молиться,
давать успокаиваться именам из прошлого, и тем паче лицам
Счастье становится единственным даром
шальной отчаянной фишкой, личным радаром
тем, что позволяет возвращаться
из прошлого ли, будущего - не сдаваться,
идя по пути вперед.
Счастье становится личным маленьким огоньком
что разгорается во мне, в нем,
еще в сотне тысячах других людей.
Счастье - это не то, что хочешь поторопить - быстрей!
неважно куда, неважно - зачем - бей!
а если и хочется, то только на пару минут
пока вспоминаешь:
я уже иду. я помню.
Меня
здесь
ждут.
начинаешь говорить о чем-то глупом и страшном, как о больном и личном,
начинаешь верить в слова и молиться,
давать успокаиваться именам из прошлого, и тем паче лицам
Счастье становится единственным даром
шальной отчаянной фишкой, личным радаром
тем, что позволяет возвращаться
из прошлого ли, будущего - не сдаваться,
идя по пути вперед.
Счастье становится личным маленьким огоньком
что разгорается во мне, в нем,
еще в сотне тысячах других людей.
Счастье - это не то, что хочешь поторопить - быстрей!
неважно куда, неважно - зачем - бей!
а если и хочется, то только на пару минут
пока вспоминаешь:
я уже иду. я помню.
Меня
здесь
ждут.